А-П

 На площади и за рекой 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Борхес Хорхе Луис

Смерть и буссоль


 

Здесь выложена электронная книга Смерть и буссоль автора, которого зовут Борхес Хорхе Луис. В библиотеке ulib.info вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Борхес Хорхе Луис - Смерть и буссоль (причем без регистрации и без СМС)

Размер файла: 137.35 KB

Борхес Хорхе Луис - Смерть и буссоль - бесплатно скачать книгу


VadikV


7
Хорхе Луис Борхес: «Смер
ть и буссоль»


Хорхе Луис Борхес
Смерть и буссоль


«Гарсиа Маркес, Астуриас, Борхес, Кортас
ар, Фуэнтес «Мистические рассказы», серия «Мировая классика»»: АСТ, Фоли
о; Москва; 2002

Аннотация

В увлекательных рассказах поп
улярнейших латиноамериканских писателей фантастика чудесным образом
сплелась с реальностью: магия индейских верований влияет на судьбы люде
й, а люди идут исхоженными путями по лабиринтам жизни.

Хорхе Луис Борхес

Смерть и буссоль

Мандие Молина Ве
диа


Из многих задач, изощрявших дерзкую проницательность Лённрота, не было н
и одной столь необычной Ц даже вызывающе необычной, Ц как ряд однотипн
ых кровавых происшествий, достигших кульминации на вилле «Трист-ле-Руа
» среди неизбывного аромата эвкалиптов. Правда, последнее преступление
Эрику Лённроту не удалось предотвратить, но несомненно, что он его предв
идел. Также не сумел он идентифицировать личность злосчастного убийцы Я
рмолинского, зато угадал таинственную систему преступного цикла и учас
тие Реда Шарлаха, имевшего кличку Шарлах Денди. Этот преступник (как мног
ие другие) поклялся честью, что убьет Лённрота, но тот никогда не давал себ
я запугать. Лённрот считал себя чистым мыслителем, неким Огюстом Дюпеном
, но была в нем и жилка авантюриста, азартного игрока.
Первое преступление произошло в «Отель дю Нор» Ц высоченной призме, гос
подствующей над устьем реки, воды которой имеют цвет пустыни. В эту башню (
так откровенно сочетающую отвратительную белизну санатория, нумерован
ное однообразие тюремных клеток и общий отталкивающий вид) третьего дек
абря прибыл делегат из Подольска на Третий конгресс талмудистов, доктор
Марк Ярмолинский, человек с серой бородой и серыми глазами. Мы никогда не
узнаем, понравился ли ему «Отель дю Нор»; он принял отель безропотно, с при
сущей ему покорностью, которая помогла ему перенести три года войны в Ка
рпатах и три тысячи лет угнетения и погромов. Ему дали однокомнатный ном
ер на этаже R, напротив suite
Номер из нескольких комнат (франц.).
, который не без шика занимал тетрарх Галилеи. Ярмолинский поужина
л, отложил на следующий день осмотр незнакомого города, поместил в placard
Стенной шка
ф (франц.).
большое количество своих книг и весьма мало одежды и еше до полуно
чи погасил свет. (Таково свидетельство шофера тетрарха, спавшего в сосед
нем номере.) Четвертого декабря в 11 часов 3 минуты утра ему позвонил по теле
фону редактор «Идише цайтунг»; доктор Ярмолинский не ответил; его нашли
в номере со слегка уже потемневшим лицом, почти голого под широким старо
модным халатом. Он лежал недалеко от двери, выходившей в коридор, его груд
ь была глубоко рассечена ударом ножа. Несколько часов спустя в том же ном
ере среди газетчиков, фотографов и жандармов комиссар Тревиранус и Лённ
рот невозмутимо обсуждали загадочное убийство.
Ц Нечего тут мудрить и строить догадки, Ц говорил Тревиранус, величест
венно потрясая сигарой. Ц Всем нам известно, что у тетрарха Галилеи лучш
ие в мире сапфиры. Чтобы их украсть, кто-то наверно по ошибке забрался сюд
а. Ярмолинский проснулся, вор был вынужден его убить. Как вы считаете?
Ц Это правдоподобно, но это не интересно, Ц ответил Лённрот. Ц Вы мне во
зразите, что действительность не обязана быть интересной. А я вам скажу, ч
то действительность, возможно, и не обязана, но не гипотезы. В вашей импров
изированной гипотезе слишком большую роль играет случайность. Перед на
ми мертвый раввин, и я предпочел бы чисто раввинское объяснение, а не вооб
ражаемые неудачи воображаемого грабителя.
Тревиранус с досадой ответил:
Ц Меня не интересуют раввинские объяснения, меня интересует поимка чел
овека, который заколол другого, никому не известного.
Ц Не такого уж неизвестного, Ц поправил Лённрот. Ц Вот полное собрани
е его сочинений. Ц Он указал на полку стенного шкафа, где стояли высокие
тома: «Защита Каббалы», «Обзор философии Роберта Фладда», буквальный пер
евод «Сефер Йецира»
«Книга творения» (древнеевр.).
, «Биография Баал-Шема», «История секты хасидов», монография (на нем
ецком) о Тетраграмматоне
Четырехбуквие» (греч.).
и другая монография Ц о наименованиях Бога в Пятикнижии. Комисса
р взглянул на них со страхом, чуть не с отвращением. Потом рассмеялся.
Ц Я всего лишь жалкий христианин, Ц сказал он. Ц Берите себе весь этот х
лам, если хотите. У меня нет времени разбираться в еврейских суевериях.
Ц Возможно, что это преступление относится как раз к истории еврейских
суеверий, Ц пробормотал Лённрот.
Ц Как и христианство, Ц осмелился дополнить редактор «Идише цайтунг».
Он был близорук, очень робок и не верил в Бога. Один из полицейских обнаруж
ил на маленькой пишущей машинке лист бумаги с бессмысленной фразой:
«Произнесена первая буква Имени».
Лённрот и не подумал улыбнуться. Внезапно став библиофилом, гебраистом,
он приказал, чтобы книги убитого упаковали, и унес их в свой кабинет. Отстр
анясь от ведения следствия, он углубился в их изучение. Одна из книг (больш
ой ин-октаво) ознакомила его с учением Исраэля Баал-Шем-Това, основателя
секты благочестивых; другая Ц с могуществом и грозным действием Тетраг
рамматона, каковым является непроизносимое Имя Бога; еще одна Ц с тезис
ом, что у Бога есть тайное имя, в котором заключен (как в стеклянном шарике,
принадлежавшем, по сказаниям персов, Александру Македонскому) его девят
ый атрибут, вечность Ц то есть полное знание всего, что будет, что есть и ч
то было в мире. Традиция насчитывает девяносто девять имен Бога, гебраис
ты приписывают несовершенство этого числа магическому страху перед че
тными числами, хасиды же делают отсюда вывод, что этот пробел указывает н
а существование сотого имени Ц Абсолютного Имени.
От этих ученых штудий Лённрота через несколько дней отвлекло появление
редактора «Идише цайтунг». Редактор хотел поговорить об убийстве, Лённр
от предпочел порассуждать об именах Бога; затем редактор в трех колонках
сообщил, что следователь Эрик Лённрот занялся изучением имен Бога, чтоб
ы таким путем найти имя убийцы. Лённрот, привыкший к газетным упрощениям,
не возмутился. Один из тех коммерсантов, которые открыли, что любого чело
века можно заставить купить любую книгу, опубликовал популярное издани
е «Истории секты хасидов».
Второе преступление произошло ночью третьего января в самом заброшенн
ом и голом из пустынных западных предместий столицы. Перед рассветом оди
н из конных жандармов, объезжающих эти пустыри, увидел на пороге старой к
расильни человека в пончо. Затвердевшее лицо было, как маской, покрыто кр
овью; грудь глубоко рассечена ударом ножа. На стене, над желтыми и красным
и ромбами, было написано мелом несколько слов. Жандарм их разобрал… Под в
ечер Тревиранус и Лённрот направились на это отдаленное место преступл
ения. Слева и справа от их машины город постепенно сходил на нет: все огром
ней становился небосвод, и дома все меньше привлекали внимание, зато взг
ляд задерживался на какой-нибудь сложенной из кирпича печке или стройно
м тополе. Наконец они прибыли по скорбному адресу: окраинная улочка поср
еди розоватых глиняных оград, которые словно отражали чудовищно яркий з
аход солнца. Труп уже был опознан. Это был Симон Асеведо, человек, пользова
вшийся некоторой известностью в старых северных кварталах, Ц сначала в
озчик, потом наемный драчун в предвыборных кампаниях, он опустился до ре
месла вора и даже доносчика. (Особый стиль убийства показался обоим след
ователям вполне адекватным. Асеведо был последним представителем того
поколения бандитов, которое охотнее орудовало ножом, чем револьвером.) М
елом были написаны следующие слова:
«Произнесена вторая буква Имени».
Третье преступление произошло в ночь на третье февраля. Около часа ночи
в кабинете комиссара Тревирануса зазвонил телефон. Гортанный мужской г
олос, в котором корысть прикрывалась таинственностью, сказал, что зовут
его Гинзберг (или Гинзбург) и что он готов, за должное вознаграждение, сооб
щить факты, касающиеся обоих убийств Ц Асеведо и Ярмолинского. Беспоряд
очные свистки и звуки рожков заглушили голос доносчика. Потом связь прер
валась. Не исключая возможности, что это шутка (как-никак была пора карнав
ала), Тревиранус установил, что с ним говорили из «Ливерпуль-хауз», таверн
ы на Рю-де-Тулон, злачной улице, где сосуществуют космо-рама и молочная, пу
бличный дом и продавцы Библии. Тревиранус позвонил хозяину таверны. Хозя
ин (Блэк Финнеген, ирландец и бывший преступник), огорченный и удрученный
тревогой за свою репутацию, сказал, что последний, кто пользовался телеф
оном таверны, был его постоялец, некий Грифиус, и что он только недавно выш
ел с приятелями. Тревиранус немедля отправился в «Ливерпуль-хауз». Хозя
ин сообщил следующее: неделю тому назад Грифиус снял комнату над баром; у
него тонкие черты, тусклая седая борода, одет бедно, в черное; Финнеген (пр
едназначавший это помещение для других целей, о чем Тревиранус догадалс
я), запросил явно чрезмерную плату; Грифиус немедленно уплатил требуемую
сумму. Он почти не выходит, ужинает и обедает у себя в комнате, в баре его вр
яд ли знают в лицо. Вечером он спустился вниз, чтобы позвонить из конторы Ф
иннегена, в это время возле таверны остановился закрытый двухместный эк
ипаж. Возчик не сошел с облучка, но кое-кто из посетителей заметил, что он б
ыл в маске медведя. Из экипажа вышли два арлекина Ц оба невысокого роста,
и всякий бы сказал, что они здорово выпили. Под вой рожков они ввалились в
контору Финнегена, кинулись обнимать Грифиуса, который как будто их узна
л, но отвечал им холодно; они обменялись несколькими словами на идиш Ц он
низким, гортанным голосом, они фальшивыми, высокими голосами Ц и все тро
е поднялись в его комнату. Через четверть часа спустились, очень веселые.
Грифиус шатался и был с виду так же пьян, как те двое. Высокий, покачивающи
йся, он шел между двумя арлекинами в масках. (Женщина из бара вспомнила жел
тые, красные и зеленые ромбы на их одежде.) Грифиус дважды споткнулся. Оба
раза арлекины его подхватили. Все трое сели в экипаж и поехали в направле
нии близлежащей гавани, имеющей прямоугольную форму. Уже стоя на подножк
е экипажа, поднявшийся последним арлекин нацарапал мелом на одном из сто
лбов подъезда непристойный рисунок и какую-то фразу.
Тревиранус прочел написанное. Как можно было предвидеть, надпись гласил
а:
«Произнесена последняя буква Имени».
Затем он осмотрел комнатку Грифиуса-Гинзберга. На полу звездой расплыло
сь пятно крови, в углах валялись окурки сигарет венгерской марки, в шкафу
стояла книга на латинском языке «Philologus hebraeograecus»
«Еврейско-греческий фило
лог» (лат.).
(1739) Лейсдена с несколькими от руки сделанными пометками. Тревирану
с негодующе поглядел на нее и послал за Лённротом. Тот, даже не сняв шляпы,
принялся листать книгу, пока комиссар допрашивал противоречивших друг
другу свидетелей предполагаемого похищения. В четыре часа оба вышли. На
извилистой Рю-де-Тулон, ступая по неубранному с утра серпантину, Тревира
нус сказал:
Ц А если происшествие нынешней ночи Ц просто симуляция?
Эрик Лённрот усмехнулся и с полной серьезностью прочитал вслух пассаж (и
м подчеркнутый) из тридцать третьего рассуждения «Philologus»:
Ц Dies Judaeorum incipit ad solis occasu usque ad sous occasum diei sequentis. Это значит, Ц добавил он, Ц у евреев день начин
ается с заката солнца и длится до заката солнца следующего дня.
Его спутник попытался съязвить.
Ц И это самые ценные сведения, которые вы нынче вечером раздобыли?
Ц Нет. Более ценно одно слово, сказанное Гинзбергом.
Вечерние газеты не обошли молчанием эти периодически повторявшиеся уб
ийства. «Крест на Мече» противопоставил им великолепную дисциплину и по
рядок на последнем Конгрессе отшельников; Эрнст Паласт в «Мученике» осу
дил «недопустимую медлительность подпольного, жалкого погрома, которо
му понадобилось три месяца для ликвидации трех евреев»; «Идише цайтунг»
отвергла ужасающую гипотезу об антисемитском заговоре, «хотя многие пр
оницательные умы не видят другого объяснения этой тройной тайны»; самый
знаменитый из наемных убийц Юга, Денди Ред Шарлах, поклялся, что убийства
такого рода в его районе никогда не совершались, и обвинил комиссара Фра
нца Тревирануса в преступной халатности.
Вечером первого марта комиссар получил запечатанный конверт. Комиссар
вскрыл его: в нем было письмо с подписью «Барух Спиноза» и подробный план
города, явно выдранный из какого-то путеводителя. В письме предсказывал
ось, что третьего марта четвертое убийство не совершится, ибо красильня
на востоке города, таверна на Рю-де-Тулон и «Отель дю Нор» были «идеальны
ми вершинами мистического равностороннего треугольника»; красными чер
нилами на плане была показана правильность этого треугольника. Тревира
нус безропотно прочитал это доказательство de more geometrico
Геометрическим способом
(лат.).
и отослал письмо и план Лённроту домой Ц такую белиберду только е
му и разбирать.
Эрик Лённрот внимательно изучил присланное. Три указанные точки действ
ительно находились на равных расстояниях. Симметрия во времени (3 декабр
я, 3 января, 3 февраля), симметрия в пространстве… Вдруг он почувствовал, что
сейчас разгадает тайну. Это интуитивное озарение дополнили компас и бус
соль. Он усмехнулся, произнес слово «Тетраграмматон» (недавно усвоенное
) и позвонил комиссару.
Ц Благодарю, Ц сказал он, Ц за равносторонний треугольник, который вы
мне вчера прислали. Он помог мне решить задачу. Завтра же, в пятницу, прест
упники будут за решеткой. Мы с вами можем спокойно спать.
Ц Стало быть, они четвертое убийство не замышляют?
Ц Именно потому, что они замышляют четвертое убийство, мы можем быть впо
лне спокойны. Ц И Лённрот повесил трубку.
Час спустя он ехал в поезде Южных железных дорог по направлению к заброш
енной вилле «Трист-ле-Руа». На южной окраине города, о котором идет речь, п
ротекает грязный ручей с мутной, глинистой водой, полной отбросов и мусо
ра. За ручьем находится фабричное предместье, где под крылышком своего г
лаваря-барселонца процветают наемные убийцы. Лённрот усмехнулся при мы
сли, что самый знаменитый из них Ц Ред Шарлах Ц все бы отдал, чтобы узнат
ь о его тайной поездке. Асеведо был дружком Шарлаха. Лённрот предположил
возможность того, что четвертой жертвой будет Шарлах. Затем он ее отверг
… В принципе он задачу решил; конкретные обстоятельства, факты (имена, аре
сты, физиономии, судебные и тюремные подробности) его теперь почти не инт
ересовали. Ему хотелось погулять, хотелось отдохнуть после трех месяцев
, проведенных за столом в изучении дела. Он рассудил, что объяснение убийс
тв содержится в анонимно присланном треугольнике и в одном пылью древно
сти покрытом греческом слове. Тайна была для него ясна, как кристалл, он да
же покраснел, что ухлопал на нее сто дней.
Поезд остановился на тихой товарной станции. Лённрот вышел из вагона. Ст
оял один из тех безлюдных мирных вечеров, которые напоминают утро. Возду
х на затуманенной равнине был сырой и холодный. Лённрот зашагал по дорог
е. Он увидел собак, увидел стоявший в тупике товарный вагон, увидел горизо
нт, увидел серебристую лошадь, которая пила из лужи вонючую воду. Уже темн
ело, когда вдали показался четырехугольный бельведер виллы «Трист-ле-Р
уа», почти такой же высокий, как окружавшие его эвкалипты. Лённрот подума
л, что всего лишь один рассвет и один закат (извечная заря на востоке и дру
гая заря на западе) отделяют его от часа, желанного для искателей Имени.
Неровный периметр усадьбы очерчивала заржавевшая железная ограда. Гла
вные ворота были заперты. Не слишком надеясь на то, что удастся войти, Лённ
рот обогнул всю усадьбу. Очутившись опять перед неприступными воротами,
он почти машинально просунул руку меж прутьями и наткнулся на засов. Скр
ип железа был для него неожиданностью. Медленно, натужно поддались его у
силиям и ворота.
Лённрот пошел по аллее между эвкалиптами, топча многие поколения жестки
х красных листьев. Вблизи вилла «Трист-ле-Руа» поражала бессмысленной с
имметрией и маниакальной повторяемостью украшений: ледяной Диане в одн
ой мрачной нише соответствовала в другой нише другая Диана; одному балко
ну как бы служил отражением другой балкон; два марша парадной лестницы п
однимались с двух сторон к двум балюстрадам. Отбрасывал огромную тень Ге
рмес с двумя лицами. Лённрот обошел кругом весь дом, как прежде Ц усадьбу
. Он осмотрел все, и под высокой террасой заметил узкую штору.
Лённрот отвел штору: за нею было несколько мраморных ступеней, ведших в п
одвал. Уже догадываясь о вкусах архитектора, Лённрот предположил, что в п
ротивоположной стене подвала будут такие же ступени. Он и впрямь их наше
л, поднялся и, упершись руками в потолок, открыл крышку люка и вышел.
Слабое сияние привело его к окну. Он распахнул окно: желтая круглая луна ч
етко освещала запущенный сад с двумя недействующими фонтанами. Лённрот
обследовал дом. Через прихожие и галереи он выходил в одинаковые патио и
несколько раз оказывался в одном и том же патио. По пыльным лестницам он п
однимался в круглые передние, бесконечно отражался в противостоящих зе
ркалах, без конца открывал или приоткрывал окна, за которыми с разной выс
оты и под разным углом видел все тот же унылый сад; мебель в комнатах покры
вали желтые чехлы, и их тарлатан обволакивала паутина. В одной из спален о
н задержался, в этой спальне в узкой фаянсовой вазе стоял один-единствен
ный цветок; при первом прикосновении сухие лепестки рассыпались пылью. Н
а третьем и последнем этаже дом показался Лённроту беспредельным и все р
азрастающимся. «Дом не так уж велик, Ц подумал он. Ц Это только кажется и
з-за темноты, симметричности, зеркал, запущенности, непривычной обстано
вки, пустынности».
По винтовой лестнице он поднялся на бельведер. Вечерняя луна светила скв
озь ромбы окон Ц они были желтые, красные и зеленые. Лённрот остановился,
пораженный странным, ошеломляющим воспоминанием.
Двое мужчин невысокого роста, но коренастых и свирепых набросились на не
го и обезоружили; третий, очень высокий, церемонно поклонился и сказал:
Ц Вы весьма любезны. Вы сберегли нам одну ночь и один день.
Это был Ред Шарлах. Те двое связали Лённроту руки. Он наконец обрел дар реч
и.
Ц Неужто, Шарлах, это вы ищете Тайное Имя?
Шарлах стоял, не отвечая. Он не участвовал в короткой схватке, только прот
янул руку, чтобы взять револьвер Лённрота. Но вот он заговорил; Лённрот ус
лышал в его голосе усталую удовлетворенность победой, ненависть, безмер
ную как мир, и печаль, не менее огромную, чем ненависть.
Ц Нет, Ц сказал Шарлах. Ц Я ищу нечто более бренное и хрупкое, я ищу Эрик
а Лённрота. Три года тому назад в притоне на Рю-де-Тулон вы лично арестова
ли и засадили в тюрьму моего брата. Мои парни увезли меня после перестрел
ки с полицейской пулей в животе. Девять дней и девять ночей я умирал в этой
безлюдной симметрической вилле; меня сжигала лихорадка, ненавистный дв
улобый Янус, который глядит на закаты и восходы, нагонял на меня ужас во сн
е и наяву.

Смерть и буссоль - Борхес Хорхе Луис => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы хорошо, чтобы книга Смерть и буссоль автора Борхес Хорхе Луис дала бы вам то, что вы хотите!
Отзывы и коментарии к книге Смерть и буссоль у нас на сайте не предусмотрены. Если так и окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Смерть и буссоль своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Борхес Хорхе Луис - Смерть и буссоль.
Если после завершения чтения книги Смерть и буссоль вы захотите почитать и другие книги Борхес Хорхе Луис, тогда зайдите на страницу писателя Борхес Хорхе Луис - возможно там есть книги, которые вас заинтересуют. Если вы хотите узнать больше о книге Смерть и буссоль, то воспользуйтесь поисковой системой или же зайдите в Википедию.
Биографии автора Борхес Хорхе Луис, написавшего книгу Смерть и буссоль, к сожалению, на данном сайте нет. Ключевые слова страницы: Смерть и буссоль; Борхес Хорхе Луис, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 Захарка